Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: его дневник (список заголовков)
13:45 

Дэриэл. Эл для друзей.

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
19:24 

lock Доступ к записи ограничен

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Отчёт Вороны. Открою когда-нибудь позже.

URL
23:03 

серо-седой

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Письма твои я буду впитывать между век, выщурив глаз на максимум. Думая - Господи, только бы не про меня! Кажется, все свои недостатки ты давно уже выменял на способность вчёркивать и вычёркивать по белому иссиня-чёрным. Без этих букв меня слишком мало - не нахожусь, пропадаю клочьями. С этими буквами - будто с иголками только от доктора - сонно и холодно.
Пропустив мимо уха, стального и тёплого, всё, что возможно запахло бы нежностью, я разбегаюсь по дням в бесконечности слабым желанием добраться до... радости.
Неугомонные движутся толпы со слабым жужжанием, чудится ульем каждое дерево. Слабое до невозможности зрение мыслит тебя где-то рядом - всё без толку. Я углубляюсь в фонтан своей памяти - пить и закусывать пренебрежением. Беспрекословные колкие тощие - тянутся строки в попытке ответов. Где это видано - битый не битого просит прощения, просит прощения...

п.с. против тэга "нрпг" впору заводить "рпг-наконец-то"

@темы: субъективный ом, не умею говорить "люблю", его дневник, веры

00:03 

Сумасшедший таэ. (возможно клюнутый фениксом-убийцей)

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Прекрасное ощущение "я прав" излучает в мозг один из моих персонажей.
Железобетонная конструкция. Очень смешно от того, на сколько она из-за этого хрупкая.


читать дальше

Невольный чтец этих строк не узнал бы меня - столько нелепой воды я не лил с рождения. Но даже теперь счастье кажется мне незаслуженной наградой или приманкой в хитрой игре на раздевание души.

@темы: Тарна, его дневник, не по-тайски эмоционален, не умею говорить "люблю"

16:09 

старинный бред

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
я по-старинке буду писать в блокнот всякую чушь
ты будешь думать - блин, ну, кому он пишет опять?
что за фигня? мне кажется, солнце шпарит сильнее, чем даже вчера.
мне кажется, сны перестали давать тепло. кончилось что-то в них,
в нас, в нем...
мои драконы - вымысел, но ты это знал. ты же всегда знал меня лучше всех.
и мне таким, как сейчас, быть не впервой,
только, как и тогда, в этом нету, совсем нету смысла.
и дёргает где-то то справа, то слева, то поперёк, слова льются как из ведра,
а бывает похуже бутылки заткнут
и кажется - теперь-то уж навсегда.


вМарковое. хорошее, на самом деле, потому что он жив, а я люблю то, что он жив)

@темы: остальные, флуд впечатлениями, его дневник

22:29 

Шаэн Таисса. Один.

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Веселые приключения в самом разгаре, если не считать, что нас только что пытались убить. Или не пытались и совсем не убить.
Загадок полно. В центре всего, по моему скромному мнению, стоит Хранитель, которого Солар "призвал" из-за своей непомерной жажды деятельности. Парень вообще так "разболтан", что обнаружить, вернувшись с дозора, прожженую палатку и столб света, я считаю, было большим везением.

Концентрация любопытных явлений высока как никогда.
разбор полетов

п.п.с. Серые волосы, свеееетло-серые глаза, буйно смуглый.

@темы: остальные, его дневник, Тарна

00:18 

зарисовочное - постприезд, ага

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
И завтра - Арканум.
А после - хоть пруд за собою пруди.
Слово, то, что "дорога", на шаг всегда впереди. И кружатся, вьются мили, края подогнув под шов, а я выбираю - стынуть. Меж двух бесконечных зол.

От голода у них светятся глаза, смешные - почти щенки. В тридцать четвертой я готовил им завтрак, и за это молодые были готовы обожать своего командира. Ровно до построения. Дальше начинались суровые будни, и память о том, что сэрэн готовит так, что за это не грех продаться с потрохами, улетучивалась из бестолковых голов. Я готовил потому что мне не было трудно, я хотел есть, они готовили во сто крат хуже меня и постоянно сыпали в пищу эту их невыносимо воняющую траву и потом - я очень скучал по дому.
Там, где мне большую часть дней в году было нестерпимо холодно, там, где приходилось, чтобы скрыть свое реальное отношение к делам, сидеть в углу и правдоподобно молчать, когда старший спрашивал о возражениях, там всегда было тепло в печной комнате, тлели угли, отражаясь в темных глазах хозяйки и пахло настоящей едой - той, которую она сама сделала для младших после того, как накормила всё старшее поколение.

п.с. Или все слова имеют значение, или никакие из них. Не могут какие-то быть полными содержания, а какие-то пустым колебанием воздуха ради достижения цели. Во всяком случае, лучше думать так. Но он умудрялся одновременно и верить и не верить им.

@темы: его дневник, веры

08:32 

волчье

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
хочется сказать ему столько, сколько, наверное, не способно уместиться в одном волке. по меньшей мере, в стае. в дикой стае обезумевших мра`хов.
все вывернуто изнутри наружу, торчит странными конструкциями, а я и слов-то таких не знаю, чтобы описать, на что это теперь похоже.
мне холодно по ночам, когда я не могу прижаться к нему всем телом и тоскливо вечерами, когда понимаю, что не могу положить голову к его ногам ему на колени.
это сон. давно забытый сон обо всем том, что я когда-то умел чувствовать. исподтишка найденная надежда и мольба, чтобы все это не оказалось иллюзией. доверие на последнем дыхании, хотя я знаю, что у этого дыхания не будет конца.
это не безграничная вера, но простое отсутствие варианта "не верю".
это улыбка на грани фантастики, когда еще время не превратилось в пыль, но уже пошла трещинами привычная обыденная действительность. кажется, меня несет не туда. кажется, я начал оправдываться перед невидимым читателем.
я благодарен за каждый момент, проведенный с ним. я теперь совершенно не знаю, что буду делать в каждый из моментов, где должен находиться где-то извне.
это даже не загадка, у которой есть решение. это парадокс, не имеющий конца. лента Мебиуса, превратившаяся в пресловутую бутылку-не-помню-там-кого.
я люблю его и обещал быть с ним всегда. что-нибудь говорит?

@темы: письма и записки, его дневник, Зеркальный Лес

15:37 

старый новый я

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Доброе утро, мир. Я не знаю, кто я, отчасти не помню, каков ты, но вне всякого сомнения мы с тобой поладим. Поток интереса ко мне со стороны людей так порывист и неиссякаем, что просто не оставляет выбора. Хотя в каждой шутке...
Все события жизни до перешейка кажутся хорошо забытым сном. После - чередой пока мной до конца неосознанных событий. Перешеек между прошлым и настоящим. Красиво, почему бы и нет?

4 часа размышлений навели на мысль о том, что я неосознанно пытаюсь себя ограничить обстоятельствами. Импульс-действие-провал действия. На этом не заканчивается... ничего на этом не заканчивается. А меня это, видимо, сильно тормозило. Странно, что эта заторможенность так сильно встроена в характер. Интересно, что у нее за причина, но об этом потом. Я вижу перед собой неплохой шанс вдали от незнакомых обстоятельств, которые по умолчанию должны бы быть мне знакомы, сформировать "персональную действительность", мое умение сделать что-то по-своему и мое дальнейшее взаимодействие с собравшимися. Значит, никуда не торопимся, что не отменяет необходимости иногда менять дислокацию лагеря, особенно когда смогу изобразить что-то удобоваримое и фонящее магией. Возможно, стоит на время из лагеря уйти и присматривать за ними издалека.

Очень любопытно наблюдать за тем, как мои внешне импульсивные проявления отражаются в тексте, который я писал, чуть ли не всю сознательную жизнь, будто подозревая, что кто-то может отобрать у меня память. Либо я нарвался на то, чего более всего боялся, либо был чертовски предусмотрительным, теперь не суть важно.
До определенной степени важно разобраться, кто это со мной так удачно оторван от привычной атмосферы, каковы они на вкус в сложных для них обстоятельствах и понять, что от них ждать там, на "родной" земле.
Раэллар самый неоднозначный из всех, если человек с потерей памяти вообще может к кому-то выработать однозначное отношение. Не может и не будет. Парень кажется местами спокойным, это перекликается с моментами рассказа о нем, до его потери памяти. И, вот, тоже хороший факт - у нас теперь есть схожая грань, только его, похоже совершенно не волнует, что было раньше. Возможно, вызывает интерес? Кажется, он довольно охотно вспоминает моменты нашей "бурной" молодости. Хорошая загадка - действительное его отношение ко мне. Понаблюдаю, потом спрошу напрямую. Воистину любопытно.
Мой случайный попутчик оказался весьма деятельным и полезным. Очень "трогательно" предан своим Высочествам, если уместно тут допустить такую иронию. Он просто фактор, который нельзя случайно упустить из виду.
Воистину кузина - существо нелепо-смешное. Но мне нравится ее умение молчать, когда ее об этом просили, стремление, пусть и вялое, воспринять новую информацию, ее почти-сдержанность в неоднозначные для нее моменты. Напоить ее было неплохим решением, не скажу, что злостно спланированным, но осознанным, тем более, что ни брат, ни преданный слуга вступиться за нее не кинулись. Что тоже по-своему интересно. Девочка, несомненно, сможет вписаться в новый для нее мир при условии, что ей кто-нибудь вплотную займется, а она ради этого оставит свое нагромождение рамок и представлений. Вопрос тут только в том, надо ли ей это или она собирается вернуться во дворец и продолжить растительный образ жизни.
И тут мы подходим к самому любопытному для меня открытию. Это Тамиар. По словам девчонки, я его люблю, он меня, но ему не хватает внимания. Это ходячий эльфийский парадокс из стремления завладеть моим вниманием, расстраивающий ся от отсутствия у меня к нему любви, вероятно, желавший бы видеть в моих глазах уважение, хотя, вот, последнее вряд ли, и собственными нелепыми представлениями о происхождении и природе "зла" в этом мире. Нет, я попытаюсь перестать мерить его по себе, но кто сказал, что критерии, которые я применю вместо этих будут мягче? Пожалуй, он и вопрос "что действительно нас связывает?" самые интересные в этой загадочной внезапно образовавшейся социальной структуре.
Отец. Ибо, как я понял по своим записям, это кто-то, кем я чуть ли не прошит насквозь. Мои попытки оборачиваться на то, "как поступил бы он", в каких-то местах повествования парадоксально глупы. Но раз это было так важно, не будем упускать этот факт из виду. Выводы по этому человеку вообще приходят на ум странные и не поддаются анализу, формируются в неоднозначную фразу "Иди к черту. Я не хочу быть таким, как ты." Что не отменяет моего к нему уважения и попыток вспомнить теплое к нему отношение.

@темы: фигурки из глины, его дневник, Тарна

09:54 

Тропа войны убийцы-маньяка с раздвоением личности

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.


Я умею ходить через Верх.
Я умею находить цели и интуитивно следовать по Пути для их достижения.
Я убивал людей.
Я не вытащил свою белую Скво Элизабет.
Я доверял тому, кому нельзя было. Сокамерник - плохой вариант доверия, детка.
Я спал с ублюдком, хотя клялся себе, что "томные пидоры" больше и пальцем ко мне не прикоснутся.
Я нашел дирижабль и даже летел на нем.
Я три года провел в забвении.
Я изобрел здравый план побега, и мне помешали. А в итоге погибли все. Идиоты!
Я пытался спасти подопытного рейту и не смог.
Я до сих пор не могу понять, верить ли единственной женщине, которая поверила в мою симпатию и которая является женой моего врага. Одного из врагов. У меня появились враги.
Я собрал библиотеку, защитил диплом, оставил в фонде университета полный чертежный план воздухоплавательного средства.
Я поверил ублюдку, и он предал нас.
Я не послушался своей интуиции и загнал нас в жопу.
Я почти забыл лицо своей матери, но до мельчайшей черты помню лицо замученного на южной базе рейту.
Я не стал мстить за людей, которые мне нравились и учили меня выживать. Я даже не стал разбираться. Я объявил "Конец войны", но не смог эту войну всерьез окончить. А смог ли бы я? А кто бы смог?
Я перестал бояться всего. Кроме смерти того, за кем Иду и предательства.
Я узнал, что цена, которую платишь за время, когда не слушаешь себя, слишком высока, чтобы позволять себе себя не слушать.
Я ношу в чехле из-под музыкального инструмента снайперскую винтовку. Остальной арсенал распределен по всему телу. Я могу спрыгнуть с крыши здания, залечить себе раны, обогнать лошадь и заставить вас почесать себе зад в самый не подходящий момент.
Я любил того, кого следовало бы ненавидеть? Я учился у того, кого следовало бы распять? Я открылся тому, перед кем в первую очередь стоило бы выстроить крепостные стены и организовать рвы с крокодилами? Я убью его.
Я свой вдох променял на выдох. И научился дышать, не разжимая своих кулаков.
Я разделился на две неравные половины, чтобы выжить, и умудрился так жить. Где-то плачет расшибший коленки маленький мальчик Этан, а над ним навис Тень. И у них обоих нет выбора - они пойдут по Пути, который давно ведет в никуда. Тень не даст обидеть парня. Не позволит и близко к нему подойти. Дважды - слишком много уроков для того, чтобы понять - ты один. А любой, кто говорит тебе ему верить - врет. Осталось понять, зачем. И пристрелить, если его резон не слишком резонен в это прекрасное Чикагское утро.

Я могу убивать. И вопреки - убью рейту, если того потребует... Ким, паранойя, обстоятельства, совпадение звезд, случай, судьба, интуитивный каприз. Но я никогда не позволю Киму сделать того же. Я - оружие в его руках. Не бестолковое, но в высшей степени разумное, расчетливое, способное разработать варианты действий, выбрать наиболее эффективный-эффектный-подходящий (не зачеркивать нужное) и привести свой план в действие. Я работаю над тем, чтобы стать в этой области лучшим.
Мой Путь - Тропа Войны. Но я не позволю кому-либо вступить на нее со мной. Вы говорите, что рейту один в поле не воин? Так вы говорили, что несчастный рейту - это очень страшно... Так вот - нет ничего страшнее несчастного рейту и есть такие несчастные рейту, которым нет равных в бою посреди чиста поля.

@темы: мир-без-электричества, его дневник

02:27 

6 ой круг. период не помню

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Если это сон, то самый правдоподобный из всех, что когда-либо мне снился.
Если нет, то я всерьез задумываюсь по которому кругу "не употребляю ли я наркотики, не состою ли на учете... бла-бла".
Есть несколько вещей, которые всерьез волнуют "где-то там". Что стало с Морохом? Что случилось с неделей моей жизни, которая грозит навсегда изменить свой ход и привычный вид? Кто и зачем хочет мне смерти?
И есть парочка тех, которые "где-то совсем здесь". Например, как устроено и по каким правилам функционирует это место? Почему вроде бы добрый и умный мужик Костя не подумал про такую очевидную вещь, как аптечка? Что заставляет моего двоюрдного брата покупать костюм за 30 штук баксов? Как будет на древнем арамейском что-то типа "Я не из этого мира. Я заблудился. Не подскажете ли, как найти планету Земля?"
Канада Ясумаса, известный своими работами по исчислению числа пи, как-то обнаружил, что на 1142905318634-й цифре после запятой снова идёт последовательность 314159265358. Я не удивлюсь, если разгадка выхода из этого мира выглядит примерно так.
Хотите понять местную логику? Вспомните девочку по имени Алиса.
они сожгли мою гитару!

@темы: его дневник, ПМ

21:43 

Последние строчки - как они есть

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
"Как две капли похож
И под дождь, как под нож,
Промокая до нитки сюжета
В этот город меня
Отпустила зима
На свидание короткое с летом

Мне не нужен ответ,
Чтоб увидеть рассвет,
Словно заново надо родиться
Этот город погас
В этот утренний час
Только сон продолжает сниться

В 72-ом
Один и об одном…
Научи меня быть счастливым
Вереницей долгих ночей
Раствориться в твоей паутине
И любить ещё сильней

Мне задача ясна,
Но устали глаза
Выбирать между черным и белым
Научи меня жить
И однажды забыть
Где расстались душа и тело

Как две капли похож
И под дождь, как под нож
Промокая до нитки сюжета
В этот город меня
Отпустила зима
На свидание короткое с летом

Научи меня быть счастливым
Вереницей долгих ночей
Раствориться в твоей паутине
И любить ещё сильней"


читать дальше

@темы: эти забавные родители, не умею говорить "люблю", не по-тайски эмоционален, его дневник

15:43 

предапокалиптическое

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Пережил еще один неприятный момент уличения себя в недеятельности. Привел отцу как аргумент то, что я не вижу возможностей. Получил по мозгам аргументом того, что возможно все. Апеллировал к законам физики и логики. Отец всадил кинжал между ребер. Неправым себя не почувствовал, а, вот, мертвым вполне. Жизнь, что удивительно в себе удержал. Новое тело спроэцировал. Вселился. Собрал по осколкам остатки разума. Но тут пришла матушка.

Видимо не стоило приводить отцу в качестве аргумента законы логики и физики... В итоге - второй раз за жизнь я мертв. До свиданья, законы физики, заходите на чай, законы логики.

Полковник очень красиво улыбается. Если "он не вернется", обешал его найти. Так хорошо стало ощущать себя живым. Чудовищно захотелось увидеть Тама. Странно ошпарило его "Я не один". Глупо подумать - из ревности к его времени и личному пространству. Безумно хотелось, нарушая все тот же несчастный измученный закон логики внезапно оказаться в непосредственной близости. Плевать, что не позволить себе ничего больше объятия, но черт возьми, можно было бы вдоволь улыбаться, глядя, как он спит. Ничего, уже скоро. Я верю.

@темы: его дневник, иллюзии, не умею говорить "люблю", эти забавные родители

16:31 

безотчетное

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Поковырял. Старый кусок отчета оставлю. Новый, если напишется - напишу)

Я думал, не хватит сил. Мне казалось, что шесть дней не способны изменить во мне что-то, чтобы я набрался мудрости мужества тебя увидеть. Мне хватило три. И моря, палубы, парусов. Мне так мало нужно? Или это все твой голос, который мгновенно дает мне понять - ты не виноват ни в моих страхах, ни в моей боли, ни в том, что я якобы себе придумал...
Невозможно для меня любить кого-то больше. Кажется, для тебя я вывернул себя наизнанку. Это предел, потому что даже отец, при всей своей сложности и жесткости, не способен вызвать во мне такой самоотдачи.
Я все думал про строчку "Только отказавшиеся от любви сохранят ее". Я не переставал держать ее в подсознании, потому что не мог ее понять. Кажется, к своему ужасу, начинаю понимать, совершенно не желая знать, что значит "Приведут гибель любовь и одиночество"... Впрочем, взаимосвязи, как всегда, не очевидны. Вернее, не обязательны.

Кажется, я все-таки воспринимаю обещание изображенного мною Эллена как свое. Где-то тут был разум?

Как можно на столько пребывать в себе, чтобы не заметив, пнуть Кела по самому больному. Роман, мы кретины. Даже смешно, что я понял это раньше. Жаль, что все-таки поздно. Но с другой стороны, это просто есть. И если у Кела есть, что от меня выслушать, у меня всегда есть, что ему сказать.

На корабле не интересно, поскольку это чужой корабль, а я даже не капитан. Хотя, боюсь, капитанам тут не до маневров, как бы мне не хотелось применить тут свои знания. Впрочем, кого я обманываю? Жажду творчества...
По-моему, если бы в этом времени меня бы снова закинули на узор, я бы однозначно стал хранителем Хаоса. Нет такого? Появился бы.

Вероятно, странно заметить, что в настоящем моменте я состою из людей. Из отношения к ним. К отцу, Таму, Келу, Роману, Раэллару... Во что складываются куски этой мозаики? Витраж - максимум. Да и то, не самый искусный. Но между тем, я умудряюсь углядеть в этом паутину, где каждая из нитей задает свое направление, каждая, если дернуть, по-разному звучит. Остается только стоять ровно посередине, балансируя, словно канатоходец, не забывая улыбаться и получать от этого удовольствие. Так ведь, самое страшное - получаю. И боле того, как бы ни хотелось скрыть от самого себя - даже от боли, нервов, случайных выворотов событий. Потому что это действие, на волне которого мы все, или по отдельности, несемся в неизвестное, в огромное количество вариантов, случайностей, событий.
Себе на заметку - вырисовывать эти мысли. Вы.ри.со.вы.вать.

Еще одна попытка связаться с Лиз. Еще одна - с Раэлларом. А потом выдвинусь его искать. Глупость какая-то.

Из всего этого смешным наброском вырисовывается то, что я больше не верю смерти, не жду пощады в бою, который не я начал, но который стал сполна моим собственным, не готов к предательству, потому что быть к нему готовым - вне моей природы, не держусь за силу, потому что нет ее во мне, а только гибкость и ловкость, к тому же - почти совершенно отказался от страха перед ненавистью... ибо это есть только миф, иллюзия, творимая самим собой на себя же.

@темы: не умею говорить "люблю", не по-тайски эмоционален, его дневник

18:15 

за все сразу

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Из чертовой психосоматики проснулся в слезах с полным ощущением, что снилось выяснение отношений или что-то в том духе. Пока ехал в метро, догнал основную цикличность и растерянность персонажа - ему просто хотелось быть для кого-то осбенным, впрочем, по обыкновению - любимым.
А теперь осталась только тяжесть, которая легла в очередной раз на чаши эмоциональных весов и погребла под собой стремление оградить от боли любимого, легкость чувств, крылатость образов и мыслей. Ему мутно и совсем не хочется в этом никому признаваться. Правильным кажется не видеть Тама, передав с кем-нибудь бессмысленную записку "Наверное, так будет лучше". Ничего не сказать. Ничему не пытаться сопротивляться. Согласиться. Сдаться?
Впрочем, впереди еще 6 дней, возможно он найдет способ вернуть весы в исходное положение и често улыбаться тогда, когда бы любой другой ожидал бы увидеть на его лице слезы или сожаление.
Хорошо, что он не жалеет о случившемся.
Жаль, что из конкретно этого лабиринта отношений он не видит выхода. Опять же - пока не видит.

П.С. Не забыть записать очередность произошедшего. Вот.



Мы успели вернуться из мира Мориона.
Я все думал, пока мы шли. Я умудрился ходить, пока мы думали.
Здесь бы написал про отца - но толку?! Оно все время постоянно повторяется. Но, кажется, у меня в ближайшее время не будет шанса еще раз на практике найти этому решение. Теперь только в воспоминаниях и анализе.

Потом ряд дверей, внезапно попавшийся в очередном отрезке младший брат (он почти такой, каким я его помню и представляю), выход. Помню странное ощущение - очень не хочется расставаться с нашей безумной компанией и почему-то хочется схватить Романа за рукав - не то, сказать, что все будет хорошо, не то - чтобы это услышать.

Отчего же мне все время хочется знать истину в последней инстанции?...

Все это время мысль о тебе помогала идти. Теперь помогает себя одернуть. Вопрос эффективности? Я теперь абсолютно все свои ощущения буду пускать приносить пользу?

Нам повезло свалиться на корабль Келиана. Повезло ввязаться в войну. В моем случае - за него лично.
Ну, и лично мне повезло напиться с ним какого-то волшебного пойла (он выжрал до меня уже 4 бутылки! невероятное сознание у парня))), пойти в библиотеку и сконструировать склад для хранения его оружия вселенского порабощения. Надо будет узнать, что мы пили и снова с ним напиться, празднуя победу.

Война - штука интересная, но неприятная. Где-то должна быть разгадка: а) в стратегии, б) в вооружении. Надо поговорить с братом об этом. Может, он просто что-то не учел? Или загвоздка в политике?

Странно, но я опять упираюсь в том, что отсутствие внутреннего ориентира не позволяет мне помочь Келиану с большей эффективностью. Было бы проще чувствовать себя в своей стихии. Хотел сказать, как Роман, но что-то мне кажется, что он предлагал свою магическую помощь скорее как единственное, чем он может помочь, а не то единственное, чем он бы желал заниматься... Ну, и лицо же у него было в тот момент.
Впрочем, как и я. Что жаль.
Как всегда, здесь допущение, что я могу на его счет ошибаться. Ибо допускать такое правильно. И снова жаль, что на письме не передать смех.

Я рад, что Кел (все, я себя не переборол, и он будет тут Келом) на меня не сердится. Во всяком случае, внешне он вполне дружелюбен, да и, напившись, не полез бить мне лицо... Я очень хотел, чтобы он простил меня, если ему есть за то это сделать.

Если успею, прочту что-то по тактике, обороне, необычных методах ведения боевых действий. Надо было попросить брата привезти книги... Ага... а потом с ним не встретиться. Новый виток безумия. Я правда считаю, что смогу найти тут _правильное_ решение?

Ладно. Еще немного о людях, потом о делах и обо мне.
Я был рад Роману, появившемуся за ужином. Черт возьми, почему? Нет, правда... по-детски, как когда, например, в доме неожиданно для нас с сестрой, появлялся Анэт. Неужели этот человек действительно становится мне важен? Вот, что значит позволить себе воспринять кого-то другом. М-м-м.. живое подвижное сознание. Незатвердевший детский хребет.
Это хорошо или плохо? Или вне категорий?
В любом случае, отсюда про людей проистекает еще одно.
После смерти сестры отпала всякая возможность впустить кого-то столь же близко. И она бы исчезла основательно, если бы еще до этого нелепо-трагического случая внутри не появился Яр, который завоевал ту степень доверия, которую просто невозможно за столь короткий промежуток времени. Видимо, навсегда? Не об этом речь.
Но при всем моем стремлении быть искренним чуть ли не с каждым, я чудовищно эгоистичен, и по-настоящему переживать умею только за того, кого пустил глубоко внутрь. Теперь там только Тамиар.
Друзья - на каком-то внешнем круге, которы йотвечает за осознанное постоянное напоминание себе о том, что эти люди есть, и о них надо думать. Искуственно созданный круг после смерти Имеолы. И на нем постоянно вращаются - Роман, Раэллар, Келиан, Аэранке, да и, пожалуй, все... С любыми изменениями по обстоятельствам.

Тогда что я получу, отказавшись от внутреннего круга? Не хочу об этом думать.
Я буду делать. То, что считаю правильным. Даже если и не могу досконально привести аргументы. Сейчас я намерен больше тебя не видеть.

себе на заметку: мир, опирающийся на довериие одному единственному человеку - бесполезная хлипкая конструкция.

Будем считать, про себя я тоже отписался...
С делами все не так вычурно запутано. Нужно отдать привезенные подарки, найти в себе смелость поговорить с матерью (снова смех), пообщаться с ящером, продолжать свое маниакальное проектирование, допытать у Романа про Раэллара, 4,5,6 энкель - книга про магов Веруан, зацепиться за иллюзии и как следствие раскопать в себе островок себя. Вероятно, как-то так...

Отчего же так хочется выбежать под проливной дождь?

@настроение: некогда править орфографию, блин

@темы: вялые попытки анализа, его дневник, иллюзии, не по-тайски эмоционален

00:17 

по дороге домой из ниоткуда

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
С памятью надо что-то делать. Как-то тупо вышло с метагеймом. Тьфу, аж стыдно.

Какое-то удивительное осознание о том, что для того, чтобы Там был жив и вменяем, я, фактически, ничего и не сделал. Очень хочется быть ему полезным. Какая-то независимая величина.

Безумные метания по поводу отсутствия вариантов действий. Вот они - разрушают меня. Что с ними делать?

Я вспоминаю - ты сказал, что то страшное расставание даже лучше для нас с отцом. Теперь понимаю, как ты был не прав, хотя и спас меня этим от маниакальной жажды саморазрушения. Я люблю его. Совершенно не так, как он меня. И совершенно не так, как он понимает слово "люблю". Считаю, что у него ужасный характер, что он, вероятно, никогда не перестанет быть для меня недостяжимым стремлением, не только от того, что быть таким же невозможно, а еще и от того, что лично мне это совершенно не нужно.
Очень смешно как единственное его "Придумайте что-нибудь" и раздраженное "Я занят" подхлестывают во мне массу эмоций, срывая и разламывая вдребезги все наработанное с усилием равновесие. Что же, в действительности, я к нему чувствую? Или вопрос не в этом?

Пожалуй, именно сюда стоит вставить, что я очень благодарен Роману за то, что идет. Сложно описать это иначе. Пожалуй, таких слов в человеческом языке еще не придумали, а говорить с ним энкелем было бы не справедливо, да и бессмысленно. Мне уже который раз хочется подойти, положить руку ему на плечо и сказать, что "все будет хорошо". Конечно же, я понимаю неуместность этого желания. Как-то закономерно-досадно то, что он действует и мыслит в другой системе координат. Будто у нас небо одно, а карты его - разные. Скорее всего, мыслить меня, в лучшем случае, деловым партнером в отдельных делах он не перестанет, но отчего-то, своершенно неожиданно для самого себя, я стал определять его как друга. Скорее всего, это как любовь, совершенно не требует взаимности, чтобы начаться. Но требует взаимодействия, чтобы быть. Время покажет.

Воронка над замком.
Амальяэ, "просушивший" Южный Этар.
Несчетное количество субъективных действительностей. Подмиры.
Мосты, как я их помню.
Немая семья из Дарита. Братья-трансвиститы!
Румба Танго с голым смеющимся во все горло (и во все же горло орущим "Помогите!") Романом в коридорах замка.
Отец, снова произносящий этот кошмар. Он же, убивающий Тама. Слезы.

пустые строчки
недоумение от укусов зомби, хлам ввиде развалин, змей, дырявого сапога, промокшего шатра, слипшейся от смолы бумаги, убитого и съеденного отцом демона.
затаенное желание, чтобы ты открыл глаза.
некоторые люди говорят, что если миру четко сформулировать свои желания, то он прислушается, и вы сможете с этим что-то сделать.
я хочу дать отцу повод мной гордиться, особенно, если это сделает его хоть немного счастливее
хочу, чтобы... не правда. хочу избавиться от страха перед Ши.
хочу понять Аэранке
хочу, чтобы Там был счастлив
хочу найти внутреннюю гармонию


Неосознанное желание разорвать какую-то цепь.

Смерть. Вдох.

Степь. Луна.

Мысль дней: ...это стакан может быть полупуст или полуполон, а в гайвани всегда достаточно чая.

@темы: вялые попытки анализа, его дневник, самое страшное слово, не умею говорить "люблю"

03:09 

картиночное. или смеюсь над Тэном )

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
22:40 

скопившееся

Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин.
Играть свадьбу, когда еще не снят траур - чья глупая идея? Его Императорского? Раэллара? В любом случае... Продолжаю носить шарф, аккуратно спрятав под парадную одежду.


Сходу несколько открытий - я до сих пор не знаю женщину, которую зову своей матерью, а Его Императорское я не знал, знать не жажду, но, о боги! - бываю, оказывается, с ним согласен. Надо отдать должное - зпоминаться он умеет. А может, это общее ощущение от нашего старшего поколения - встречи с ними не проходят так, чтобы потом что-нибудь в нас не перевернуть или не подвинуть. (Роман, кстати, как-то странно застрял меду нами и ими)
До сих пор в голове крутится их разговор. Сам не знаю почему - вспоминаю трижды сбившегося на "выйдешь за нее замуж" Эллена. Жесткий, но отнюдь не равнодушный голос, сухой и почему-то справедливый: Ты считаешь, что достоин ее?
И такой карикатурно непохожий голос его сына, невпопад разрываемый паузами: Возможно... нет...
- Ты готов воспользоваться тем, что она дала слово, привязать ее к себе - тому, кто ее не достоин?
- По твоим словам выходит, что я не только идиот, но и подонок...
- Пока по твоим словам выходит именно так. При этом ты не уверен, что сделаешь ее счастливой.
- Я постараюсь.
- Ты не постарался сделать ее даже счастливой невестой.
И в том же духе... про побег в Тайкелитэ, про безответственность, а по сути - про неуверенность ни в чем и неспособность не только согнуться, но даже если бы сломаться - то с пользой, ради чего-то. Я не хотел критиковать Раэллара, но уже невольно начал. Его воспитание - не моего ума дело. Я лишь могу постараться быть хорошим братом. Потому и приехал.
Я знаю, что он добрый, что они с Лиз друг другу подходят и что шанс сделать друг друга счастливыми - у них в руках. Пожалуй, только это меня и спасло от нескольких часов попыток пожелать ему счастья на предклятвенном диком эльфийском обычаи.

Мелким почерком на полях: Там, где начинается политика – заканчивается любовь. И я не имею ввиду непременно науку или составляющую правления. Я говорю о сути явления.

О непокидающих ощущениях.
Сам себя ощущаю наподобие фонарика, что парил над свадебным столом - что-то маленькое, источающее свет, по своим силам превозмогающее мрак, не желающее сдаваться. И выходит, что изрядно глотнув смерти, это нечто черпает вдохновение жить чуть ли не из ничего - из самой жизни.
И о мелочном. Мне не хватает моей ящерицы, но лишаться подобного полезно. Перестаешь искать временнные лекарства от одиночества и в итоге - теряешь его навсегда, подставляя миру себя изнутри. Только, вот, до конца еще не ясно - любит ли нас _этот_ мир, или мы наивно подставляем череп под круг.

Почерк меняется, становясь более резким, преобретая изящность.
Чувство вины? Боюсь оно меня не покинет. Ощущение завороженностью клинка, мерцание его кончика - вся жизнь на острие смерти. Упоение красотой. Все сжато в одно мгновение. Но, открывая глаза, понимаешь, что это был один самых красивых обманов в твоей жизни. То, от чего ты бежал, по-прежнему висит за спиной. То, к чему стремился - было мороком, безумным наваждением. Стало ли лучше? Нисколь. Зато четче. Черты лица жизни огрубели и стали едва заметно старше.

Перестать быть хранителем - это словно ощущать, что от тебя тянулись миллионы тонких нитей-нервов, а в какой-то момент все прервались. И нити все еще есть, но больше никуда не ведут. Все время обращаю свой взгляд на вариативность, очередную, и понимаю, что смотрю ослепшими глазами. Нет и не было. Остается только забыть.

Есть только двое, кто мне сейчас необходим рядом - отец и Тамиар. И если первый - две главы рассуждений и неподтвержденных теорий, то со вторым все до крайности просто. Знаете же, как это бывает... жажда кончиков пальцев на вздрогнувшем плече, теплый лоб, уткнувшийся в спину, до внутреннего обморожения горячее дыхание на затылке. Все, как в традиционном любовном романе, да только с поправкой на то, что, улыбаясь, еще есть возможность искренне от этого отказаться. Не навсегда. Но до тех пор, пока все это будет нужно не только мне. И я улыбаюсь, и с кончиков моих пальцев срываются тонкие крылышки бабочки желаний. Я научился их отпускать.
Наливая чай, я промочил правый рукав. И теперь, пока он не высохнет, ощущение влаги под правой рукой будет отвлекать, но… это все равно чай.
Брат.



Те две главы, что я обещал.
Глава первая: Отец. У него улыбающееся теплое лицо, широкие плечи. Он неизменно одет в черное, но этот цвет кажется самым теплым на свете.
Он знает значение слова "хулиганить" и умеет топить корабли. Он пишет стихи матери и бывает справедливо жесток, узнав, что мы с сестрой друг друга поранили в запале поединка. У него красивые черты лица, котрым я никогда не перестану завидовать, потому что тонкостью и глазами обязан матери. Это тот, к кому хочется заявиться после путешествия, не успев отмыться, и поделиться самым важным, что было найдено, узнано, добыто. Это тот, у кого есть свои дела, понять которые мы не в силах. Одновременно - это наша собственная рациональность, логика, критика и указание к перспективам движения. Он был нашим внутренним маяком, да что таить - форпостом, который мы просто не могли потерять.

Глава вторая: Дар. Он приехал в ту самую пору, когда я непонятно зачем выжил в неконтролируемой и глупой попытке самоубийства, когда от меня отказался отец и когда жизнь мне казалась гораздо более гнилым вариантом, нежели смерть.
Но он сам только что потерял того, кого любил больше остальных, пусть - свой смысл жизни (говоря о нем, можно не бояться слишком громких слов). У него совершенно чужой взгляд пронзительно зеленых глаз, котрые, возможно, от слез кого из нас?, а, возможно - от невыразимой тяжести опять же кого из нас?, кажутся мне сейчас болотными. нет, гораздо темнее...
Я вижу его впервые, но почти интуитивно понимаю - только мы сейчас способны помочь друг другу.
Именно ему я острожно, не решаясь вдохнуть, рассказывал, что во всем виноват сам. Что то, за что меня прокляли - сущая правда, да и ничего, кроме нее. И когда он едва улыбнулся своим словам, объясняя, что не мог бы всего этого сказать, что не он несколько часов назад отрекся от меня, да и такого вообще не могло быть - я узнал в нем отца.

Не описать, что творится внутри, когда двое, на первый взгляд знаемые тобой, живут в одном теле, являясь совершенно разными людьми в твоем представлении. Можно только надеяться, что я буду так же дорог таэ по имени Дариол, как отцу. И что никогда больше не услышу того, что однажды произнес отец.
Мы сидим на берегу, и я ловлю каждый блик лунного света на его коже. Он говорит, улыбаясь - как отец, но его глаза - далекие глаза Дара.
И я пытаюсь ухватиться за любую его фразу, надеюсь понять, что может иметь шанс сделать ему легче. Безнадежно. Стараюсь улыбаться в ответ, проклиная свою невозможность забрать у него хотя бы частицу того, что придавило его. Навсегда. У меня слишком мало света. Я совершенно не умею его дарить, понимаешь? Я обещаю - научусь.

На полях, справа от общего текста: Если я воспользуюсь магией - Роман узнает. Если на меня нападут - Роман узнает. Если попытаюсь с себя снять амулеты - узнает. Интересно, нужна ли ему до сих пор такая связь? А почему бы и нет? Информация все-таки.
А мне?


Слева от текста: Почему-то мне кажется, что дом – это там, где вместо неба – своды пещер… Не важно, сколько им лет. Острова проигрывают в сравнении…

@настроение: брат

@темы: ритм стихов автора хорошо знаком экспертам по Второй мировой, не по-тайски эмоционален, его дневник, Тарна, эти забавные родители

Лаборатория сновидений

главная